Вход
Клик - клик! Сообщение!
Сорока
$ 66.75 € 76.23
Фермер Джастас Уолкер в стране чудес

 Фото: Мария Моргунова / А42.ru

Фермер Джастас Уолкер в стране чудес

Статьи | Понедельник, Сентябрь 28, 2015 16:07

«Заройте в землю там, заройте в землю где, иначе быть беде», — песню кота Базилио навеяло интервью корреспондентов «Капитала» с красноярским фермером американского происхождения Джастасом Уолкером. Однако в планах Джастаса «зарыть» так, чтобы сделать счастливым себя и других.

Встреча с Джастасом проходила за ужином, организованным фермерским хозяйством «Калина-Малина» Артема Волкова. Тематические ягоды калины, салфетки из рогожи, колосья пшеницы и теплый свет свечей настраивал на разговор о хозяйстве. Во время беседы гости отведали традиционные для русской кухни блюда из мяса лося и медведя, которые приготовил повар Илья Сухоруков.

Красноярский фермер, уроженец американского штата Канзас Джастас Уолкер за последний год стал настоящей звездой Youtube и рунета благодаря своему «веселому» взгляду на продуктовые санкции и эмбарго и неподражаемому смеху в интервью телеканалу «Россия-1». За ставший его визитной карточкой смех «адского фермера» Уолкера медиа-персоны тут же окрестили «Веселым молочником». Хотя в прямых связях с преисподней веселый фермер замечен не был, он — протестантский проповедник. Оказывается, именно эта миссия 20 лет назад занесла его родителей в далекую, дикую сибирскую глубинку — в Богучанский район Красноярского края. «Мать и отец перебрались в глухую Сибирь в 90-е, когда было распространено миссионерство. Многие ездили по городам, проповедывали Евангелие. Мы же пошли туда, где не ведут никакую работу, где люди спиваются и есть проблемы — в деревню. Есть расхождения с РПЦ, но во время голода о хлебе не рассуждают — кому-то нравится с изюмом, кому-то еще с чем-то. Какая разница, людям нужен хлеб», — такое экзистенциальное осмысление Джастас дает поиску счастья своих родителей, отправившихся в Сибирь за американской мечтой.

О сибирском «гостеприимстве»

Встретили искателей сибирских приключений сурово, совсем не по-сибирски. Первую усадьбу семьи Уолкеров спалили. Когда из затеи добрых дел ничего не выгорело, родители Джастаса в 2000-м вернулись в Америку, в штат Айдахо. А Джастас женился и обосновал свое новое хозяйство в Такучете того же Богучанского района. Казалось бы, на повестке лет ожидаемая стабилизация в графике развития мира фермера Уолкера. Но и здесь жизнь оказалась уплощенной синусоидой с падениями, затуханиями и взлетами. «Когда мы с женой только переехали в Такучет, купили небольшое хозяйство. Кто-то ночью залез в подворье и зарезал всех наших коз. Позже отравили собаку. Загнали коня, привязав его к машине и гоняя по полю до утра, а еще одного — пырнули ножом. Тогда Ребекка была на восьмом месяце беременности, вместе нам пришлось резать коня, чтобы получить хотя бы мясо», — рассказывает о суровом сибирском «гостеприимстве» богучанцев Джастас Уолкер.

«За что это сделали – непонятно. Они ведь не оставили визитку с объяснениями: мы убили ваших коз по следующим причинам – 1,2,3,4, 5… (смеется). Вероятнее всего, это была зависть, при этом нельзя говорить о состоянии всего общества поселка, это только 2-3 человека».

Уолкер — потомственный фермер, и отец, и дед, и прадед его были фермерами — знает толк в деле. И коз подоить сумеет, не одну, а двенадцать, и шесть дойных коров. Бараны, бычки, свиньи, куры — всех накормить надо. Загоны, которые Джастас называет чисто по-русски «стайками», вычистить. Летом — сена накосить погосты, овец постричь, дров в зиму заготовить. И все эти занятные дела американцу по плечу, ширится его хозяйство. 

Про поля и их хозяев

О своей ферме Джастас говорит как о «хозяйстве уровня выживания»: «Ничего на этом не заработаешь, но будешь сыт и не в минусе. Когда я рассказываю друзьям-американцам, что у меня здесь дойные коровы и козы, они сначала не верят, потом падают на пол и смеются. Ведь для того, чтобы иметь выгоду, нужны сотни голов. Практически все, что производим от крупного и мелкого рогатого скота, сбываем здесь, в деревне. Козий сыр и йогурты идут на продажу в Красноярск. Сейчас у меня 27 гектаров земли в аренде, но этого катастрофически мало».

Получить землю в долгосрочное пользование, в собственность в России для мелкого фермера — основная проблема, считает Уолкер. В Такучете ему удалось выбить 180 соток земли, бывших помоек, чтобы хоть как-то расширить свое мелкое хозяйство.

Уолкер взывает к совести правителей антиглобалистической проповедью: «Деревня утратила свои достоинства, свою архаичность, жизненный уклад, основанный на ведении частного хозяйства, стала неким подобием города. Мы бурим бесконечные скважины, добываем нефть, уголь, осушаем реки, вырубаем леса и не задумываемся о том, что нам за это будет? Рано или поздно обнаружится, что нефть, газ, золото — не самый сильный остов России, а сильнее — чернозем, чистые реки и нетронутые леса».

Деньги на поле чудес

Второй проблемой фермеров и мелких сельхозпредпринимателей Уолкер называет сложности в получении начального капитала, ведь это долгосрочные инвестиции. Если бы было все так просто: закопал пять золотых, полил, посолил и произнес торжественно «Крекс, фекс, пекс!» и выросло бы наутро денежное дерево... «В первый год хозяйство всегда убыточно. На второй, если ты вообще молодец, ферма будет работать в ноль. Лишь на третий год начнет приносить прибыль, — картинно понижает голос американец. — Ни один банк ведь не согласится дать кредит со словами: «первый год можешь вообще не платить, второй год — отдавай проценты, а с третьего начнешь выплачивать основной долг», — и смеется.

В нулевые, когда Джастас начал заниматься своим фермерским хозяйством, наивно полагал, что в те времена это может быть выгодным в России. «Многие мне говорили, что я копаю глубокую яму и неизбежно попаду в нее сам. Но почему — не смогли внятно объяснить». Уолкеры брали долларовый кредит и до сих пор его гасят, правда, за этот год долги выросли вдвое с падением курса рубля. Рассчитывать приходится на себя, а заниматься привычным делом за двоих. В подспорье Джастасу то самое фермерское хозяйство в Осиновом Мысе, которое он продал русской семье после переезда в Такучет. «Каждый работает на свое хозяйство. Что касается сбыта продукции — моя логистика, каналы продаж», — говорит об эксперименте кооперации Уолкер. Не то, чтобы вдруг выручка поперла, но итогом этой бурной активности Джастас видит возможность «закопать» долговую яму.

Выбиться в люди

Для тех, кого бросает в дрожь при мысли бросить городскую сибаритскую жизнь и посвятить себя деревне, труд фермерский — адский, неподъемный, круглосуточный. На эти сентенции Джастаса разбирает забористый смех. Для него «быть — не быть» даже не стоит вопроса. В чем вопрос, если для него не может быть по-другому! «По-моему, адский труд — это уходить на весь день в офис, не видеть семью, стоять по два часа в пробке, материть всех вокруг, что они не умеют ездить — вот это адский труд!».

Смех сквозь хохот сменяет идеологическое воззрение, ставящее под сомнение ошибочное суждение о фермерском труде: «Россия при самом большой запасе чернозема и пресной воды в мире — далеко не первая, и даже не в десятке стран по производству сельскохозяйственной продукции. Парадокс! И все потому, что в культуре, в мировоззрении русских укрепилась идея, что фермерство — это потом своим полей, горбом вырасти, мозолями сажай-убирай, а потом кушай». Фермерская стезя — это призвание, считает он, летом — стандартный рабочий день порядка 12 часов, но зимой с ноября по апрель можно найти время позаниматься с детьми, почитать и пописать книги.

Джастас намерен научить своих детей заниматься самодидактикой: «Я не планирую дать им образование, просто отправив их в школу. Есть притча: „Дай человеку рыбу, и ты накормишь его только раз. Научи ловить рыбу, и человек будет сыт всегда“. Так и детям надо прививать навыки добывать знания самостоятельно».

Своим самообразованием Уолкер занимается с завидным постоянством, прочитывая по 50-60 книг за год. «Когда мне интересны какие-то темы или я чувствую, что неуверенно разбираюсь в каких-то вопросах, записываю тему в блокнот, нахожу авторитетных авторов в этих сферах и читаю. Спасение для меня — аудиокниги. Во время дойки я надеваю наушники, вспахиваю огороды людям на тракторе, и экономика, философия, история становятся мне доступными в «полевых условиях».

Американская мечта

В далекие перспективы Уолкер не заглядывает, но ближайшие семь лет своей жизни планирует посвятить России. Всерьез намерен продолжать заниматься фермерством и чувствовать себя комфортно вдали от урбанистического мира. Он с гордостью роняет: «Хочу создать ферму своей мечты, идеальную в моем понимании».

Новая ферма — полноценный коммерческий проект, который способен возвратить начальный капитал с процентами, приносить достойный доход ее хозяину и зарплату наемным работникам, откладывать на образование детей и пенсию. Привлечь какие-никакие «серьезные» деньги Джастас рассчитывает с продажи козьего сыра и ведения более крупного фермерского хозяйства. Как идейный проект задумал создавать «школу фермеров», обучение в которой для единомышленников будет бесплатным и где они смогут почувствовать себя настоящими фермерами.  «Туда могли бы приезжать люди, которые далеки от фермерства, но хотят этому научиться. Я бы и сам так сделал, если бы мог повернуть время на несколько лет назад, это было бы выгоднее (смеется). 5-6 человек единовременно смогут поработать волонтерами, за шесть месяцев пройти курс обучения — от бухгалтерии до приема родов у козы, забоя и разделки баранов».

Чтобы было чем заняться ученикам и где жить, фермерское хозяйство надо бы расширить. В свою «американскую мечту» Джастас Уолкер планирует вложить 9,5 млн рублей. «Иногда люди пугаются цифр — миллионы. А что такое миллионы? На квартиры люди больше тратят. А здесь — своя земля, дом на ней, хозпостройки, стада. Это бизнес, это доход. За такие деньги в США мне даже землю никто показывать не будет», — рассуждает гражданин Америки, смеясь на последней фразе.

Земли обетованные

С местом воплощения мечты Уолкер пока не определился, есть предложения от единомышленников в Перми, Пскове, под Красноярском — в Канске. «Помимо идейности, необходим некий духовный резонанс, важна и экономическая сторона, и дух самого места — правители, люди, с которыми знакомишься. Надо понимать, что место, где будет это хозяйство — то, где ты будешь проводить почти все свое время, где будут расти дети, и оно должно быть по душе», — делится чаяниями американец.

Хотя до недавнего времени сомнения были, но побывав в Крапивинском районе Уолкер осознал, какие возможности открывает перед ним кузбасская земля. «Это самая лучшая земля, которую я когда-либо видел. Это просто какое-то чудо! (смеется). У меня есть список требований к земле, и напротив каждого пункта здесь можно ставить галочку. Даже думаешь, что это слишком хорошо, надо еще добавить пунктов (смеется)».

«Хотим перебраться в другое место, поближе к логистике, где есть дороги, аэропорт, сообщения. Не потому, что мы хотим быть рядом с цивилизацией, а потому что можно стать доступными для общения с людьми, которым интересно заниматься фермерством», — видит возможности расширения круга потенциальных единомышленников в Кузбассе Джастас.

В этой связи возник риторический вопрос, считает ли фермер из Канзаса себя оторванным от цивилизации? «Быть хозяйством — островом — нереально, — говорит об объективной картине мира Уолкер. — Бывают экопоселения, где утверждают, что у них полное самообеспечение. Общался недавно с одним из таких по скайпу. Он говорит, что все свое! Я спрашиваю — а откуда интернет? Выращиваете? У вас интернетовское дерево? (смеется). 100% обеспечения не бывает».

Скорее, фермерство для Джастаса уход не от цивилизации, а от привычной обществу иерархии, где забирают  деньги, чтобы контролировать, а контролируют, чтобы забирать деньги. «Фермерство — это просто определенный род занятий и развития. Я считаю, что оно важно для человеческой цивилизации в целом, оно ведет к корням. Думаю, что говорить о таких вещах — это одна из задач, которые дал мне Бог».

Читайте также: Личный круг силы Джастаса Уолкера

Читай также:

Комментарии

# Montana100 // 29 Сентябрь 2015 12:26

Montana100
Нет больше вашего импортозамещения ахахахахахахахаххааха

Правила комментирования

лидерство