Вход
$ 67.99 € 76.75

Отец, сын и ичиги

Статьи | Понедельник, Март 26, 2018 09:55

В Кузбассе более сорока тысяч охотников. В их среде отношение к оружию и снаряжению особенное: качественные, надёжные вещи не просто удобны и престижны. Осечка может стоить охотнику жизни, а сломанные лыжи или намокшие зимой ноги – здоровья. Поэтому к выбору они подходят особенно тщательно.

Алексей Поскряков – руководитель семейного предприятия «Поскряков», на котором производят лыжи и особенные сапоги – ичиги. Сегодня он рассказывает «Капиталу», как создают реальное производство и с какими сложностями сталкиваются на этом пути.

 

Семейное ремесло

Жила семья Поскряковых в Междуреченске, и охота в ней была настоящей страстью. К лесу Алексей привык с детства – отец Виктор брал его с собой с одиннадцати лет. Он же научил сына делать ичиги – особенную обувь, тёплую, как валенки, и непромокаемую, как сапоги, с мягким носком и жёстко удерживающим ногу задником. Слово «ичиги» татарское, означает традиционные кожаные сапоги без каблука. В Сибири сапоги сохранили название, но в зимнем варианте обзавелись внушительным слоем войлока или меха.

Лыжи Виктор Поскряков тоже делал сам. Охотнику для разных обстоятельств разные лыжи нужны: одни для рыхлого весеннего снега, другие для твёрдого, слежавшегося, с настом, третьи – узкие, почти беговые.

– Отец у меня на все руки мастер, и для меня всегда был примером, – рассказывает Алексей. – Мы сами пользовались снаряжением и делали для знакомых, на заказ. Я тачал сапоги с двенадцати лет. Понемногу круг заказчиков ширился, и когда я подрос, мы уже продавали несколько сотен пар в год.

Отец у меня на все руки мастер, и для меня всегда был примером.

 

Старт производства

В 2006 году Алексей поступил в Кемерове на специальность «Бухгалтерский учёт, анализ и аудит». Направление обучения выбрал не случайно – было понятно, что семье пора открывать собственно дело. Уже на втором курсе Алексей зарегистрировал ООО «Поскряков».

Работая вдвоём, отец и сын Поскряковы уже не могли удовлетворить растущий спрос на лыжи и сапоги, и решили расширять производство. Нужно было нанимать людей, закупать сырьё, оборудование, инструмент. Алексей обивал пороги банков, пытаясь получить кредит, но получал отказ за отказом.

– Везде одно и то же, – рассказывает он, – такой примерно диалог:

– Что собираетесь открывать, торговлю?
– Нет, производство, буду делать охотничьи лыжи и сапоги.
– Хи-хи-хи, серьёзно? Лыжи? А есть ли у вас уверенность в том, что…
И всё, не давали финансирования. А почему «хи-хи-хи»? Вот если б я в Китае покупал и здесь перепродавал – тогда точно дали бы, – горячится предприниматель.

В итоге Алексей защитил проект и получил льготный кредит через кемеровский Фонд поддержки малого предпринимательства. Стартовые инвестиции составили 1,5 миллиона рублей. Поскряковы закупили большую партию сырья и начали свой поход на рынок.

Работая вдвоём, отец и сын Поскряковы уже не могли удовлетворить растущий спрос на лыжи и сапоги, и решили расширять производство

 

Сложности

– Когда только открылись, работали я, отец и два столяра, – говорит Алексей. – Понемногу набирали ещё людей. Зарплаты хорошие и тогда были, и тем более сейчас, но сотрудников всегда находили с трудом. Ремеслу нашему, понятно, нигде специально не учат, так что пока подготовишь человека, много времени пройдёт. Молодёжь нанимать вообще бесполезно – быстро уходят. У мастеров постарше то с дисциплиной проблемы, то с вредными привычками. Женщин раньше не могли брать – оборудования специального не было, и операции требовали недюжинной физической силы. Сейчас мы обросли станками, костяк коллектива устоялся, стало попроще.

Непросто оказалось найти и подходящее сырьё. Ичиги делают из телячьей кожи и натурального войлока, лыжи – из осины, подбитой мехом коня.

– Долго не могли отыскать кожи надлежащего качества, – делится Алексей. – Покупали у небольших фирм, пробовали работать с одним алтайским заводом, но поставки были нестабильными по качеству. В конце концов нашли завод в Ярославле и уже несколько лет ведём дела с ним.

Осину для лыж закупали в Калтане, сейчас поставки идут из нескольких источников. Слои древесины армируют капроновой тканью, прикручивают болтами кожаные крепления уникальной авторской конструкции. Примерно пятую часть лыж подбивают мехом.

Полоска кожи прибивается так, чтобы охотник двигался вперёд как бы «по росту» шерстинок, а назад – «против шерсти». Такие лыжи хорошо скользят, издают меньше шума и не откатываются назад при небольшом уклоне. Раньше Поскряковы подбивали лыжи мехом нерпы, покупали его в Бурятии и Иркутской области. Потом переключились на Канаду. А когда политическая обстановка испортилась, началась политика санкций, от нерпы решили отказаться вовсе.

Более всего предпринимателя беспокоит покушение на главное достояние дела Поскряковых: репутацию.

– Почти сразу после открытия я решил зарегистрировать торговую марку «Ичиги», – объясняет Алексей. – Надеялся, что это поможет защититься от кражи идей, недобросовестной конкуренции. К сожалению, по прошествии десяти лет могу утверждать: не помогло. Мы прошли долгий и сложный путь, выводя новый продукт на рынок обуви, а когда стало понятно, что «тема пошла», что народ охотно ичиги покупает – изо всех щелей полезли подражатели. Научились, к примеру, у нас, покупают плохие материалы, делают некачественную обувь, называют ичигами, берут низкой ценой. В итоге охотники – разочарованы, мы – теряем клиентов, да и сами горе-производители тоже в минусе. Что с этим делать – совершенно непонятно. От этого низкосортного демпинга мы никак не защищены.

Почти сразу после открытия я решил зарегистрировать торговую марку «Ичиги». Мы прошли долгий и сложный путь, выводя новый продукт на рынок обуви.

 

Выход на зарубежный рынок

Сейчас «Поскряков» – это офис и два больших цеха в Заводском районе, на улице Пришкольной, 11. Поскряков-старший, Виктор, постоянно находится в цехах, контролирует производство, Алексей отвечает за поставки сырья и сбыт. Пара летних сапог стоит 5 тысяч рублей, зимних – 5,5 тысяч рублей, лыжи чуть дороже. За год здесь производят около шести тысяч пар того и другого. Ёмкость кемеровского рынка Поскряковы переросли давным-давно: наши охотники покупают 200-300 пар в год. Остальное уходит в другие области Сибири и Дальнего Востока, в столичный регион, а немалая часть и вовсе за границу.

– У нас много заказов из Германии, – гордится Алексей. – Там охотничьи общества сильны, люди и к снаряжению относятся серьёзно, и к сбережению природы, и к сохранению традиций. Стоимость пары наших сапог в пересчёте – меньше ста долларов. У иностранцев рвёт шаблон: натуральная кожа, мех, ручная работа сибирских ремесленников, – и меньше ста долларов. У них сравнимого качества вещь стоит от четырёхсот. Так что перспективы очень хорошие.

Ёмкость кемеровского рынка Поскряковы переросли давным-давно: наши охотники покупают 200-300 пар в год. Остальное уходит в другие области Сибири и Дальнего Востока, в столичный регион, а немалая часть и вовсе за границу

Выход на зарубежные рынки Поскряковых долго не интересовал, так как сложно было организовать процесс заказа и пересылки. С открытием интернет-магазина всё стало проще.

– Раньше мы примерно треть продукции поставляли напрямую организациям и учреждениям, – рассказывает Алексей. – У нас артели «Газпрома» закупались, например. Остальное продавали через партнёров – торговые компании, охотничьи магазины. Сейчас много заказов идёт через наш собственный интернет-магазин, и мы будем этот канал продаж дальше развивать и расширять.

 

Образ жизни

Алексей женат, у него трое детей, старшему сыну восемь лет. У него уже есть маленькие лыжи, которые своими руками сделал его отец.

– Важно помнить, кто ты и откуда, – говорит Алексей. – Да, сейчас живём в городе, на Лесной поляне. Но иди полчаса в одну сторону – и ты снова в тайге.

Виктор и Алексей Поскряковы и сейчас много путешествуют и охотятся. На двоих у них больше десяти единиц охотничьего оружия, собственноручно изготовленное снаряжение и боеприпасы. Они хорошо помнят, что цивилизация – маленький островок на просторе бескрайней сибирской тайги, в которой тебя отделяет от снега полоска лыж, от стужи – полоска одежды, от смерти – собственная воля, навыки и знания. В тайге слетает всё наносное, внешнее, становятся видны настоящие качества человека.

– Отцу скоро шестьдесят, а он за день проходит зимой по лесу двадцать километров, – рассказывает Алексей. – Для нас охота – не просто развлечение, это важная часть жизни, здоровое мужское занятие. Так было с детства: я учился, занимался спортом, охотился, работал. Я порадуюсь, если люди будут помнить о своих корнях, будут чаще выходить в лес, любить и беречь природу, вести здоровый образ жизни. Для этого мы и работаем.

Проект «Малый бизнес в лицах» рассказывает об успешных кемеровских предпринимателях, каждый из которых вкладывает часть себя в развитие родного города, ежедневно делая жизнь его жителей лучше, комфортнее и интереснее. 20 историй успеха, 20 путей становления и развития бизнеса: в течение двух месяцев вы познакомитесь с ними на страницах бизнес-журнала «Капитал» и увидите на телеканале «Мой город». А уже весной, к 100-летию города Кемерово, будет издан каталог «Малый бизнес в лицах», куда войдут 40 успешных бизнесменов, меняющих жизнь нашего города к лучшему. Больше информации о проекте на сайте Фонда поддержки малого предпринимательства.



Организатор проекта

  

*При финансовой поддержке Администрации города Кемерово

Читай также:

Комментарии

Правила комментирования

лидерство