Вход
Клик - клик! Сообщение!
Сорока
$ 62.25 € 72.79
Бизнес мёдом не кажется: о пчеловоде-предпринимателе

 Фото: Евгений Рыжков / А42.RU

Бизнес мёдом не кажется: о пчеловоде-предпринимателе

Статьи | Пятница, Июль 22, 2016 10:14

В 2016 году он предложил Владимиру Путину «залить Запад мёдом» и изменить критерии российского ГОСТа. Тогда о нём узнала вся страна. Речь идёт о 43-летнем пчеловоде Дмитрии Николаеве, который живёт в селе Лебедянка близ Анжеро-Судженска.

Помимо разведения пчёл кузбассовец воспитывает семерых детей и работает командиром отделения в МЧС. Пасечник-предприниматель рассказал бизнес-журналу «Капитал», почему так сложно его медовому бизнесу выйти на мировой уровень и что мешает развиваться российскому пчеловодству. А также поведал, на какие уловки идут некоторые торговцы «полезным деликатесом», обманывая потребителей, и почему ему постоянно приходится выступать на различных форумах.

Заниматься пчеловодством Дмитрий начал в 2004 году.

«Сначала я пчеловодил любительски. Думал, что буду собирать мёд для семьи, а две-три баночки пойдут на продажу. Но когда прочёл много литературы об этом деле, зарегистрировался на специализированном форуме „Пчеловод. Инфо“, начал общаться с зарубежными коллегами, то понял, что пчеловодство — это и хороший бизнес. В 2010 году я увлёкся им уже профессионально, превратив его в основной источник дохода», — говорит Дмитрий.

 

Мужское дело

Сейчас у Дмитрия Николаева 180 пчелиных семей: это около 14,5 миллионов пчёл. Пасеку он расположил недалеко от своего села, возле небольшого лесочка.

«Мой бизнес потихоньку превращается в семейный, потому что у нас все так или иначе вовлечены в это дело. Отец Анатолий Иванович каждый год колотит ульи и тысячи рамок для них, сыновья Илья и Иван помогают управляться на пасеке. Дополнительных работников со стороны я пока не привлекаю: нет для этого денежных средств».

К слову, дети помогают Дмитрию не только физически, но и «идейно». 

«Самый старшенький из сыновей, 14-летний Илья, начал уже вникать в суть этого дела, думать, как улучшить что-то на нашей пасеке. Как-то он сказал: «Пап, нужно менять нашу технологию. Если у нас было раньше 120 пчелиных семей, а через год их число может вырасти до тысячи, то уже не справиться вручную. Пора порешать этот вопрос!».  

По словам Дмитрия, пчеловодство — это занятие, имеющее ярко выраженное «мужское лицо». 

«Держать пасеку, ухаживать за ней, собирать мёд, работать в жару, переносить ульи весом в несколько кило — это всё требует большого физического труда. Именно поэтому не каждая женщина сможет заниматься пчеловодством. Пасечники в основном мужчины, так уж повелось».

Также сельский бизнесмен совершенно уверен, что для трудоёмкого процесса пчеловодства важен целый набор качеств.

«Нужна любознательность: каждый день приходится изучать пчелиную жизнь, интересоваться тем, как увеличить медоносность. Важны и смекалка, интуиция и хорошие знания: я положок, к примеру, открываю и уже знаю, сильная ли семья живёт в улье, всё ли с ней в порядке, будет мёд или нет. Никуда и без пунктуальности и внимательности: если делать всё не вовремя, то может погибнуть пчелиная семья, а там и мёда не ждите, и убыток „в кармане“ ищите. Конечно, самое главное — это всё-таки трудолюбие: пчёлы всё время трудятся, и пчеловод не должен быть лодырем и лентяем. Пчёл, впрочем, нужно ещё и чувствовать. Думаю, я до старости „подсел“ на эту деятельность».

Проблемы пчеловодства

Содержит пасеку Дмитрий исключительно на свои деньги: никаких спонсоров у него не было, и нет.

«Пчеловодство — очень затратное дело. 80% прибыли от пасеки я снова вкладываю в неё. Один улей, например, стоит 3500–4000 рублей. Мы же экономим и колотим их с отцом сами. Только представьте: 180 ульев могли бы обойтись нам в среднем в 650 тысяч рублей. А вощина! Килограмм продают за 280 рублей, а мне каждый сезон требуется порядка 150–160 килограммов. Выходит более 40 тысяч рублей. Одну племенную матку можно купить за 8000 рублей. Заказываю их в Германии, потому что там большое внимание уделяют селекции. Приобрёл недавно специальный прибор для искусственного осеменения маток за 120 тысяч рублей. А оборудование: хоть самое необходимое и недорогое, покупать-то нужно. Хорошая линия для откачки меда, к примеру, стоит 700 тысяч, я же пока пользуюсь обычной ручной медогонкой. А ещё дымари нужны, машины для погрузки и перевозки. Только за это лето я планирую потратить на развитие пасеки 300–400 тысяч рублей. Если около миллиона заработаю в этом году от продажи мёда, то хорошо. Это не такие великие деньги, на самом деле большая часть уйдёт снова на пасеку, а что-то останется для нашей многодетной семьи».

О расширении производства Дмитрий задумывается уже давно. Правда, пока для этого нет возможностей. 

«В первую очередь финансовых. Были бы деньги, я приобрёл бы нужное оборудование, машины, выкупил хорошее место для размещения пасеки. По расчётам моего бизнес-плана на развитие пчелобазы потребуется 15 миллионов рублей. Пока у меня небольшой бизнес, реализую продукцию под маркой «Анжерский мёд». Ею пользуются жители Анжеро-Судженска, Кемерова, Москвы. Чтобы выйти на зарубежные рынки, нужно увеличить количество пчелиных семей хотя бы до 500, чтобы было больше мёда. Но из-за отсутствия денег это всё лишь в планах. Я, конечно, уже сейчас стараюсь договариваться об экспорте мёда в Канаду и США. Хочу поставлять его ещё и в такие страны, как Китай, Япония и Германия. Очень надеюсь, что года через три начну «покорять мировой рынок».

По мнению Дмитрия, в России уже давно есть несколько проблем, которые «тормозят» развитие отечественного пчеловодства.

Проблема №1: отсутствие специальных государственных программ

«У нас нет ни одной программы по поддержке и популяризации пчеловодства. Когда я приехал однажды в США, в их консульстве очень обрадовались, узнав, что я пасечник. На Западе вообще везде с уважением относятся к людям этой отрасли. Так же было и у нас при Советском Союзе. Но потом властям стало не до пчеловодства, поэтому престижность профессии сильно упала. Лишь в 2000-х годах пчеловоды снова стали как-то о себе заявлять. У нас даже толком не учат нигде на пасечников, в основном все самоучки. Мы имеем сейчас колоссальный опыт в производстве мёда и хотим развивать пчеловодство, но не видим особого желания помогать нам в этом начинании».

Проблема №2: отсутствие у людей знаний о мёде

Эта проблема наносит ущерб не только пчеловодческой деятельности, но и здоровью людей, считает Дмитрий.

«Много раз слышал, как по телевизору говорили, что обычная карамель даже лучше мёда. Я как профессиональный пчеловод возмущён такими заявлениями. Незнающий человек подумает: „Мёд дорогой, а карамельки дешевле — возьму их тогда, если разницы нет“. И купит их, не выяснив, сколько там сахара и что в натуральный мёд его вообще не добавляют».

Пчеловод, кроме того, поделился советами, на что не стоит «вестись» при выборе мёда.

«На этикетках пишут, например, „Мёд от рака“, „Мёд для мужской потенции“ — этим пытаются заманить неосведомлённых обывателей. Такого мёда просто не существует! Ещё: если есть сомнения в качестве мёда, то можно отнести его на экспертизу в лабораторию. Но при покупке внешне тоже можно определить кое-что. Так, у нас в Сибири производят мёд только с коричневым цветовым диапазоном, допускается слегка белый осадок. Не может он быть чисто белый или зелёный: уже, значит, добавки имеются. Лучше покупать этот продукт у проверенных надёжных пчеловодов, а не у приезжих продавцов на ярмарках. Хотя можете попросить у них документы на мёд: если предоставят и там всё в порядке, то смело берите две-три баночки!».

Чтобы начать хоть как-то «шевелить» нынешнюю ситуацию с развитием пчеловодства, Дмитрий Николаев часто выступает со своими предложениями на региональных и всероссийских форумах. Так, например, в апреле 2016 года он ездил на «Форум действий. Регионы» в Йошкар-Олу, чтобы лично задать вопрос Владимиру Путину. Пригласил туда кузбасского пасечника секретарь Общественной палаты РФ Александр Брычкалов.

«Мне бы сейчас пчёлами больше заниматься, а я по мероприятиям езжу. Но я всегда думаю так: если мне выпадает возможность хоть как-то поспособствовать решению проблем пчеловодов, то значит, нельзя отказываться, чтобы не жалеть когда-то о несделанном».

Проблема №3: отсутствие чётких критериев в ГОСТе

На прямой линии с президентом житель Анжеро-Судженска отметил, что современные ГОСТы не позволяют отличить фальсифицированный продукт от натурального мёда. «На некоторых заводах делают так: берут, к примеру, самый дешёвый мёд, перерабатывают его, перегревают, добавляют красители и усилители вкуса. На выходе получают якобы „мёд“: пихтовый, облепиховый, ванильный, шоколадный. Это уже не мёд, а медовый продукт».

В связи с этим Дмитрий предложил доработать существующие ГОСТы, внеся в них чёткие критерии разграничения мёда и мёдосодержащей продукции.

Кроме того, пасечник выступил и за то, чтобы отрегулировали цены.

«Натуральный мёд должен стоить дороже медовой продукции. Я вообще считаю, что сейчас цена невысокая, просто платёжеспособность населения низкая».

Проблема №4: препятствия для выхода на мировой рынок

Дмитрий уверяет, что Западу очень нужен российский мёд.

«Там сейчас медовый дефицит. Это связано с гибелью пчёл: у них активно используют пестициды для обработки полей».

В своём обращении к президенту кузбасский пасечник заявил:

«Россия входит в десятку стран — крупнейших производителей мёда. Полностью покрывая внутренние запросы, мы, пчеловоды, имеем возможность поставлять свою продукцию за границу. Я уверен, что мы можем проложить рядом с нефтегазовыми трубами свои медовые и залить Запад русским качественным мёдом».

Владимир Путин сказал, что не всё так просто. Чтобы выйти из этого «медового кризиса», нужно все вопросы решать на уровне Евразийского экономического союза.

«При всей своей внешней приверженности к открытию рынков наши европейские коллеги по очень многим позициям свой рынок закрывают... Но тем не менее работать можно, и мы будем работать», — сказал президент.

Дмитрий Николаев не сомневается, что экспорт мёда поможет российской экономике подняться. «И пчеловодам, и стране будет хорошо!».

Читай также:

Комментарии

Правила комментирования

стартапы